Лента новостей
    ОПРОС

Какую сферу бизнеса в Грузии Вы считаете наиболее привлекательной?

Туризм и отельный бизнес
Строительство
Промышленность
Сельское хозяйство
Общественное питание
Вас не привлекает бизнес в Грузии
 

БИЗНЕС В ЛИЦАХ

Грузинские лейблы

Майя ПИПИЯ

«Ни в Грузии, ни в странах СНГ пока нет соответствующих условий для развития музыкальной индустрии», - констатирует президент музыкальной бизнес-компании Bravo Records Заза Шенгелия. Тем не менее, его компании постепенно удается превращать музыку в бизнес.

Господин Шенгелия, Вы позиционируете Bravo Records как музыкальную бизнес-компанию. Можно ли сегодня сочетать эти два понятия, не нанося урона ни одному из них?

Сказать, что сегодня музыкальная индустрия в Грузии - это бизнес, будет неверным, так как ни у нас, ни в бывших социалистических странах, в том числе, в странах СНГ, пока нет соответствующих условий для ее развития. Примерно те же самые этапы прошли многие другие страны. Если взять телеиндустрию, я имею ввиду независимую телеиндустрию, в первые годы существования она не была бизнесом, хотя в дальнейшем сформировалась как бизнес, и композиторы, авторы текстов, аранжировщики и исполнители смогли на этом зарабатывать. Самое главное, пожалуй, это общая проблема, - упорядочение вопроса авторских прав, который из-за несовершенства закона пока еще не решен. Это касается как физического пиратства, то есть продажи пиратских хитов на рынке по очень низкой цене, так и интернет-продаж. В западных странах такие бутлегерские CD вряд ли можно встретить. Более острой и глобальной проблемой стало существование личных контентов в интернет-пространстве, которое делает доступной для потребителей производимую и имеющую определенную цену музыкальную продукцию. Поэтому первым обязательным, хотя, конечно, недостаточным условием стало бы усовершенствование законодательства по защите авторских прав в нашей стране. Тем более, что это необходимое условие, которое возлагает Евросоюз на членов Всемирной Торговой организации, в том числе, и Грузии.

Я думаю, что с раннего возраста должен происходить какой-то перелом в менталитете подрастающего поколения. И оно должно знать, что за музыкальный продукт надо платить, как за любой другой. Только в этом случае сможет заработать музыкальная индустрия. И многие талантливые музыканты, которые занимаются совершенно другими вещами, не связанными с музыкой, смогут вернуться к своему делу. Поэтому очень важно наладить этот механизм.

Вы работаете в разных направлениях. Кто может стать Вашим клиентом? И насколько это доступно для начинающих исполнителей? Ваши приоритеты, как производителя музыкальной продукции?

Начну издалека. Bravo Records - это не только звукозаписывающая студия. Это музыкальная бизнес-компания, то есть лейбл звукозаписи. Сегодня мировой музыкальной индустрией правят 4 основных лейбла: Warner Music, Sony BMG, EMI Music, Universal Music. И все известные музыканты связаны контрактом с кем-либо из них. Что касается нас, то мы лейбл звукозаписи Грузии, рассчитанный на наш рынок, хотя у нас есть и международные проекты. Помимо студийных записей наша компания охватывает почти все направления музыкальной индустрии, вплоть до озвучивания кино.

Но у нас есть артисты, с которыми мы подписали долгосрочные контракты. Первой такой исполнительницей стала Тамта Цквитава, следующей будет известная группа «Шин», работающая в стиле этноджаза. То есть, я хочу сказать, что все распределено по уровням, и приоритетом для нас являются наши артисты. Вероятно, их число будет не более 10-15. Мы собираемся развивать различные музыкальные направления. Помимо современной музыки здесь будут классика, фольклор и другие. Ну и, конечно, мы выполняем различные заказы, по отдельности или в комплексе. Я должен отметить, что при нашем оборудовании, которое не имеет аналогов во всем Закавказье, цены у нас почти такие же, как и у конкурентов. Стараемся быть гибкими и предлагать приемлемые тарифы и сервис как известным, так и начинающим исполнителям. Развиваем и детское направление, чтобы уже с раннего возраста организовывать менеджмент таланта. Для детей наши услуги в 5 раз дешевле, чем для взрослых.

В планах на будущее создание веб-сайта, который даст возможность для реализации нашей музыкальной продукции, уложив весь этот процесс в рамки закона.

Также мы думаем наладить гастрольную инфраструктуру в стране, ведь если бы в Грузии не проходила предвыборная кампания и в регион не приезжали политические лидеры, там практически бы не проводились живые концерты. Думаем возродить гастрольную культуру.

МУЗЫКАЛЬНЫЙ КРИЗИС

Вы занимаетесь рекламой качественной музыки еще с 80-х годов, когда с успехом устраивали рок-фестивали. Насколько это выгодно коммерчески?

Во всем мире существует определенный кризис в музыкальной сфере, и это объясняется несколькими причинами. Во-первых, очень сложно идет процесс генерирования новых музыкальных идей, так как музыкальное пространство пропитано уже существующими мелодиями и гармонией. Поэтому, несомненно, высоко должны цениться те музыканты, которым удается создавать новое звучание. Слава Богу, такие первопроходцы всегда были, есть и будут! Второй очень важной причиной является то, что глобальные финансовые процессы в целом оказывают большое влияние на музыкальную индустрию. И третья - пиратство!

Мировые лейблы звукозаписи предпочитают коммерческую музыку, которую я называю «гамбургерной». Ее легче подхватить широким массам, и она лучше продается. Скажем, такие исполнители, как Джастин Бибер, Бритни Спирс, рассчитанные на очень большую массу, не представляют музыкальной ценности. Это просто очень плохая реальность, и известные лейблы часто критикуют за подобную пропаганду, хотя не могу сказать, что качественная музыка уходит в тень. Просто порой она становится антикварным жанром.

Как коммерческая компания, мы должны выпускать продаваемый продукт, но в то же время показывать уровень и создавать что-то новое. Для более массового сегмента мы выпустили альбомы с так называемой «городской» музыкой, но в то же время был создан альбом Тамты Цквитава, уникальный ретроголос которой немного необычен для современного слуха. Но ведь именно в этом направлении работают известные в мире Нора Джонс, Майкл Бабл, именно так пела Эми Уайнхаус. Я бы сказал, что как раз возрождение ретронаправления, только несколько в иной форме, помогает преодолевать музыкальный кризис в мире.

Если говорить в целом о шоу-бизнесе, как бы Вы его определили? И есть ли он в Грузии?

Часто слышу, что грузинский шоу-бизнес мертв... Я бы поспорил с подобными дефинициями, определяющими понятие «грузинский шоу-бизнес» и объясню почему. Бизнес состоит из разных компонентов, возьмем, к примеру, кино. Грузинское кино сегодня в какой-то мере восстанавливается, так как наши режиссеры научились делать малобюджетные фильмы в новой реальности независимой страны. На примере индустрии моды, могу сказать, что 2-3 раза в год в Грузии устраиваются дефиле мирового уровня, недели моды и фестивали, так что и здесь чувствуется оживление. В масштабах Тбилиси реально бурлит и клубная жизнь. Но вот о музыкальной индустрии можно сказать, что она умерла! Помимо всего, о чем я уже говорил, есть и другие причины этого: у нас нет продюсерских центров, почти не создаются новые хиты. Все же я твердо убежден, что по принципу первенства «яйца и курицы», главное звено в этой цепочке - композитор, а потом все остальные. К сожалению, многие наши композиторы сегодня не могут сконцентрироваться лишь на создании музыки, так как они занимаются репетиторством, чтобы зарабатывать на жизнь.

Если говорить о звукозаписывающих студиях, как развивается этот рынок в Грузии? Изменило ли картину создание Вашей компании?

С появлением Bravo Records многие скептически отмечали, что пострадают маленькие студии, хотя, конечно, этого не произошло, так как наше видение и задачи, как лейбла, отличаются. У малых студий, которые сконцентрированы только на записи, своя клиентура. И не думаю, что мы произвели какой-то переворот на рынке или «раздавили» кого-либо.

ГРУЗИНСКИЕ ХИТЫ

Вы были членом жюри «Шоу талантов». Как Вы думаете, способствуют ли подобные мероприятия выявлению одаренных исполнителей и развитию их музыкальной карьеры в дальнейшем?

Бесспорно! Еще раз повторюсь и скажу, что музыкальную индустрию в Грузии очень трудно превратить в бизнес еще и потому, что мы маленькая страна, и, соответственно, рынок у нас небольшой, примерно 4-миллионная аудитория. Тогда как в России, например, выпуская альбом, рассчитывают на аудиторию в 150 млн человек. Совсем другие масштабы. Во всем мире телепроекты стали некоей базой для западных лейблов звукозаписи, которые на второй же день могут заключить контракт с победителем такого конкурса. Известная сегодня Леона Люйс стала звездой Arista Records после участия в британской The X Factor, и за нее взялся такой известный продюсер, как Клайв Девис, в свое время открывший Уитни Хьюстон, Сантану и других. У нас, к сожалению, дальше телешоу ничего не идет. Bravo Records и другие подобные музыкальные компании Грузии должны взять на себя заботу о дальнейшей карьере талантливых исполнителей.

А в остальном, обладают ли наши исполнители теми качествами, которые помогли бы им выйти на международный рынок?

Я думаю, нет. Наши исполнители, в основном, поют кавер-версии. В 80-е годы, когда проводились первые рок-фестивали, одним из организаторов которых был и ваш покорный слуга, возможность легитимного исполнения репертуара The Beatles или The Rolling Stones на сцене университета уже была большим достижением. Но после этого много воды утекло. Мы и кока-колы отведали, и в джинсы влезли, и за рубеж съездили. Теперь есть и телевидение с неограниченными возможностями. То есть, настало время для переоценки ценностей. В биографии каждого музыканта есть этап каверов, но за ним должен следовать и этап создания чего-то своего и непременно на грузинском языке! Мы вряд ли сможем завоевать европейский рынок с англоязычным репертуаром, как это было в случае с шведской ABBA или немецкой Scorpions. Самоутверждаться мы должны на грузинском рынке грузинскими хитами!

Но может ли бренд, созданный в Грузии, получить признание на европейском рынке?

Я уверен, что больше перспектив в этом плане есть у классической музыки и оперного искусства. И многие наши оперные певцы с успехом выступают на мировых театральных подмостках. Есть шансы и у фолька, но с роком, попом и современной музыкой дела обстоят сложнее. Вряд ли вы назовете мне какого либо исполнителя или группу из восточной Европы, кроме российской «ТаТу», (популяризация которой произошла совсем при других обстоятельствах и с другой идеологической подоплекой), вышедшую на европейский рынок. Даже известная Алсу, исполнявшая дуэтом с такими звездами как Энрике Иглесиас и Стинг, не смогла утвердиться там. Мы настолько далеки от этого рынка, и конкуренция настолько высока, что туда очень трудно проникнуть. Это обусловлено еще и тем, что вряд ли можно спеть в жанре соул лучше афроамериканца или, скажем, исполнить рок лучше британца. Так что иногда мы должны идти, возможно, эклектическим, но все же своим путем. Не исключаю, конечно, возможности достижения успеха какой-либо нашей группой и с англоязычным репертуаром.

Какой из Ваших проектов Вы считает самым удачным?

Мне сложно об этом судить, но могу сказать, что с особой ответственностью мы отнеслись к проекту Гоги Долидзе. Технически это было сложно осуществить, так как на записи 20-летней давности была наложена современная аранжировка. Мы гордимся этим проектом!

Подобные проекты довольно трудоемкие. Как дорого они обходятся и насколько выгодно их осуществлять?

Мы в этом смысле выбрали свой путь. У всех наших проектов есть спонсоры. В планах на будущее несколько новых проектов, как с молодыми исполнителями, так и с известными мастерами своего дела. Спонсорам мы предлагаем совсем другую нишу для продвижения своего бренда или имиджа, нежели съемку дорогостоящего рекламного клипа. Частные компании идут нам навстречу. Если говорить о расходах, на примере альбома Тамты Цквитава (мы с ней оформили 5-летний контракт) могу сказать, что треть потраченных на этот проект денег мы уже отработали, хотя не прошло еще и года. Часть с прибыли от продажи дисков, часть с доходов, полученных от корпоративных концертов. Мало-помалу, со скрежетом, как говорится, но мы превращаем музыку в бизнес. По крайней мере, я оптимистично настроен и надеюсь, что все получится!

 
 
 
 
333